«Дебилы малолетние х...й страдают». Путешествие в Молдову: несостоявшаяся революция, тотальная коррупция. Часть II. «Приднестровье»

…Пересечь все Приднестровье с востока на запад без остановок занимает не более часа езды: полчаса вдоль садов, полчаса по двум городам – Тирасполю и Бендерам. Страна-то малюсенькая. Даже Днестр по сравнению с Днепром кажется небольшой узкой речушкой.

Первую часть «Путешествия в Молдову» читайте здесь

Ехать по ПМР – что путешествовать на машине времени. За окнами маршрутки – причудливая смесь позднего «совка» и 90-х. Приднестровье (на первый взгляд) – островок Союза, который в силу своих крошечных размеров и уникального политического статуса пережил крушение красной империи, да так и застыл в межвремении.

Старые, типично советские вывески «Парикмахерские услуги» и «Продовольственные товары». На улицах мало машин и рекламных биг-бордов. Мало новостроек. Зато достаточно флагов и лозунгов. На местном парламенте огромными золотыми буквами написано «Дом Советов», у идеально ухоженной клумбы – борд со Смирновым, Кокойты и Багапшем и призывом «Приднестровью, Абхазии, Южной Осетии – БЫТЬ!». Кое-где видны плакаты с Путиным и Медведевым (что-то вроде «новый план Путина для Приднестровья»). Несколько раз нам попадались постаменты с водруженными на них БМП и БТРами под развевающимися российскими флагами – памятники войны начала 90-х.

О бурных событиях тех лет напоминают названия улиц: «Улица 25-го октября», «Улица 12-го октября». Во время короткой остановки в Бендерах мы попытались узнать у местных жителей, в честь каких именно событий они названы. Так и не узнали. «Что-то связанное с войной и независимостью», - приблизительно такими были ответы.

На въезде в Бендеры – предупреждение: «Данная территория находится под контролем миротворческих сил». А вот и сами «голубые каски» под триколором, и российская военная база, размещенная в средневековой крепости на берегу Днестра.

Блокпост миротворцев, мотки колючей проволок, ежи, голубая каска на валуне внушительных размеров. Сами солдаты не проявляют к проезжающим машинам ни малейшего интереса.

Смешные надписи на кириллическом молдавском – ПМР в пику соседям из Молдовы не перешло на латиницу.

Ценники в приднестровских рублях и молдавских леях. Водитель говорит, что при желании практически в любом магазине можно расплатиться и гривнами. Ну, о том, что приднестровцы уважают наши деньги, я уже говорил – взятки в гривне считаются более ценными, чем в местной валюте.

На проезжающем троллейбусе надпись: «Мэр Москвы – Тирасполю», - оказывается, Лужков находит силы не только на Севастополь.

Здесь по-прежнему в ходу паспорта СССР – достаточно, чтобы на первой странице был штамп гражданства ПМР. Российский паспорт, по словам водилы, можно почти свободно купить за 500-700 долларов – он очень ценится среди жителей республики, собирающихся на работу в Россию. Да и вообще куча местных давно обзавелись и молдавскими, и российскими и, по возможности, украинскими документами. Ближайший богатый город, обеспечивающий работой и контрабандой – не Кишинев, а Одесса.

И рядом с «постсовком» - шикарный стадион и база местного ФК «Шериф», по признанию спортивных журналистов, наверное, лучший в Восточной Европе.

Вывески «Шерифа» - на стадионе, заправках, редких супермаркетах – пожалуй, единственный привет «из капитализма». Эта корпорация, контролируемая семьей бессменного президента (с 1991-го!) ПМР Игоря Смирнова, подобрала под себя все мало-мальски привлекательные экономические объекты непризнанной республики (а это еще и автоперевозки, и несколько заводов и транспортные терминалы). Если бы вместо аббревиатуры «ПМР» на картах писали: «территория, контролируемая фирмой «Шериф», это было бы честнее, что ли. И, как, не стесняясь, говорят вслух сами приднестровцы, главная статья доходов «госконцерна» – контрабанда. Впрочем, они многозначительно прибавляют при этом, что личная заинтересованность в «Шерифе» есть у Лужкова и Путина. Для нас это было новостью.

«Шериф», насколько можно судить по нашим, возможно, субъективным впечатлениям, почерпнутым в ПМР и Молдове, даже не государство в государстве. Это Приднестровье - квазигосударственное образование на территории «Шерифа» - говорят пессимисты.

Хотя нет, не совсем так, еще в ПМР заметно много «Лукойла». О личной заинтересованности российского руководства в процветании этой компании можно было и не спрашивать. И так все ясно.

В Бендерах, городе уже на правом берегу Днестра, мы нашли только один признак того, что в Кишиневе произошло нечто экстраординарное: КПП, через который пролегал самый короткий путь в Молдову, оказался закрыт для проезда иностранных граждан. Нас перенаправили на другой.

Покинуть ПМР оказалось куда проще, чем въехать. Водитель, поговорив со стражами границы, спросил:

- Десять долларов – это сколько гривен?

- Приблизительно восемьдесят. Но могу дать и сто, - понимающе закивал я.

- Не надо им сто. Зачем переплачивать? – удивился он в ответ.

Наскребли девяносто мелкими купюрами.

Получив деньги, приднестровцы потеряли к нам всякий интерес.

- А молдаване гривны возьмут? – заволновался я, когда мы подъехали к последней преграде на пути в Кишинев.

- Молдаване вообще ничего не возьмут, - пообещал водила и подмигнул, – Сегодня знакомая смена на границе.

Высунувшись из окна, он радостно затараторил подошедшему молдавскому погранцу:

- Какая погода сегодня хорошая, а? Солнышко, тепло, стоять приятно, - широко улыбался водитель.

Молдаване даже не смотрели в документы: до Кишинева нас всего ехало трое, в руках у шофера было три книжицы. Значит, все в порядке.

- Молдаване вообще почти никогда не проверяют тех, кто едет из Приднестровья, - объяснил водила. - Разве только таможня попросит открыть багажник.

Осмотр багажника занял несколько секунд. Ничего похожего на блоки сигарет и ящики с водкой не было.

Так развеялся первый миф о том, что молдавская граница перекрыта усиленными постами полиции – именно такую информацию утром среды 8 апреля передали нам из Киева со ссылкой на «всезнающие СМИ».

Час езды до Кишинева развеял и появившийся миф об усиленных полицейских постах на дорогах, проверяющих всех и вся – с целью не допустить в столицу потенциальных участников акций протеста. Пост на въезде в Кишинев был всего один – и тот «гаишный».

Оказавшись наконец-то в Молдове, я наконец-то, не выходя из образа глуповатого пьяницы, спросил у водителя:

- А что тут у вас вообще происходит? Вроде погромы какие-то?

- Та, б…ь, - махнул он рукой, - дебилы малолетние х...й страдают.

(продолжение следует)