Главная новость
07.02.12 10:07
Азаров так и не смог убедить Россию, что наши сыры – сплошная вкусняшка. Белокаменная вводит запрет на наш «деликатес»
- Новости
- Фотоновости
- Видеоновости
07.02.12 07:30
03.02.12 13:09
Новости
15.09.06 16:37
Версия для печати
Следствие выдвинуло единственную версию случившегося – самоубийство. А уже 12 сентября Союз православных братств Украины и всеукраинское Православное братство Александра Невского выставили пикеты под Генеральной Прокуратурой и Министерством внутренних дел с требованием «объективного рассмотрения всех версий гибели». Общее число пикетирующих превысило 200 человек. К 21 сентября пикетчики ожидают существенного пополнения своих рядов со всей Украины. Именно на ближайший четверг намечен всеукраинский крестный ход в память о Кирилле, пишет УРА-ИНФОРМ.
Чем же вызвана реакция православных на кончину своего единоверца? Вот что заявил один из лидеров православного движения на Украине Евгений Максименко: «Никто из православных, а тем более знавших Кирилла, и в мыслях не могут допустить, что Кирилл ушел из жизни сам. Не такой путь избирает себе человек, засыпающий ночью с Евангелием в руках. Сатанинская сила, возможно, и совершила ритуальное убийство».
Среди православных, от Карпат до Соловков, Кирилл Бережной был известен как миссионер, который при всей его доброжелательности, тактичности и отзывчивости, распространял самую бескомпромиссную литературу. В Москву он «на горбу» перевозил тонны «Почаевских листков» и «Православных собеседников» Тульчинской епархии. А оттуда – методической литературы по противостоянию нарушениям прав верующих. Публикуясь в «Православном взгляде», Кирилл изобличал глобалистическую доктрину, отстаивал недопустимость посягательств на частную жизнь личности. «В значительной мере, именно благодаря организаторским способностям, трудолюбию и настойчивости Кирилла Бережного, православные христиане, а также представители других религиозных конфессий, граждане Украины в целом, имеют теперь определенное законодательством право жить без универсального идентификационного номера, который унижает человеческое достоинство и является недопустимым с позиций религиозной этики и принципов гуманности», – говорит о нем глава Союза православных братств Украины Валентин Лукьяник. Разумеется, при такого рода деятельности нажить смертельных врагов несложно.
Но, заявление о возможности ритуального убийства все же воспринималось бы, как явный «перебор», если бы не... правоохранительные органы, всеми своими действиями подогревающее эту версию.
Итак, утром 8 сентября на Набережное шоссе был вызван следователь Печерской районной прокуратуры Александр Цырулик и, судя по всему, следователь Печерского управления внутренних дел Михаил Сидоренко. По крайней мере, это следовало из его дальнейшего общения с отцом Кирилла – Геннадием Леонидовичем.
Поскольку из обнаруженного рядом с телом удостоверения следовало, что погибший – православный, то для опознания был приглашен... проходивший мимо священник. Им оказался некто отец Петр, настоятель одной из церквей Киевской области. Впрочем, как позже выяснилось, опознавал он не тело, а... удостоверение. Да-да, именно удостоверение. Взглянув на него, священник признал: «Есть такой человек». К самому же телу «опознавателя» не пустили, «чтобы не затоптать следы». Единственное, что смог увидеть о. Петр, – рану на открытой его взору руке. Спустя пару часов в квартиру к родителям Кирилла, где они проживали с сыном, явился следователь Печерского райуправления МВД Михаил Сидоренко... для поиска предсмертной записки. Именно склоняя не пришедших в себя родителей к версии самоубийства сына, следователь и проговорился о многочисленных порезах на его руках и ногах. Тогда же Сидоренко предположил, что телу Кирилла предстоит пройти долгую – не меньше недели – экспертизу. Впрочем, через некоторое время в подкрепление к Сидоренко прибыл его начальник, представившийся Андреем Андреевичем, и объявил, что «дело тут ясное» (т.е. явное самоубийство) и захоронить сына родители смогут через пару дней. По дороге из метро в Печерское райуправление и он обосновал свою уверенность упоминанием о ранах на теле Кирилла. В самом же управлении о ранах Геннадию Леонидовичу Бережному говорил и третий член следственной группы Юрий Шпарук. Позже, при личной встрече с Геннадием Леонидовичем, это подтвердил и уже упоминавшийся следователь прокуратуры Цырулик.
Безусловно, снять все вопросы должны были осмотр тела родителями и последующая медицинская экспертиза, но, по неясным причинам, они так и не были допущены к... опознанию тела собственного сына. Это вынудило родителей на следующий день обратиться в прокуратуру Печерского района столицы с требованием предоставить им тело сына к опознанию, ознакомить их со снимками с места происшествия, провести независимую судмедэкспертизу в присутствии доверенных лиц. Но этот день (9 сентября) выпал на субботу, и канцелярия не работала. Заявление в Печерской прокуратуре приняли лишь в понедельник 11 сентября (вх.№2504з-06), где и сообщили, что дело... передано в ведение Днепровской речной транспортной прокуратуры. Почуяв неладное, родители в сопровождении группы верующих метнулись на Оранжерейную к зданию известной своей «кристальной объективностью» в деле Гонгадзе судмедэкспертизы МВД. Предчувствия усилились, когда у порога судмедэкспертизы они столкнулись с все тем же следователем Михаилом Сидоренко. И тут оказалось, что экспертиза уже... состоялась. Без опознания тела. Но и после этого родителей не допустили к телу. Для этого, де, нужно было составлять целых три протокола. Тут православные женщины не выдержали и подняли такую бучу, что перепуганные работники морга просто вынуждены были «пойти навстречу» и допустили отца к телу, вернее «к лицу», т.к. не разрешили приподнять простынь, покрывающую остальную часть тела. "Их было трое, рассказал Геннадий Бережной, – и они «очень сконцентрировано на меня смотрели, чтобы я что-то не предпринял. Я лишь успел заметить на лице Кирилла глубокую красную царапину. Тут же нам была оглашена версия следствия, по которой он прыгнул с моста, предварительно раздевшись и сложив вещи. Старший эксперт или начальник морга сказал, что сын погиб от удара о воду. Но я знаю, что Кирилл человек православный и не может быть самоубийцей. К тому же, зачем резать лицо при самоубийстве?".
В то же время, из конфиденциальных источников стало известно, что специфических повреждений внутренних органов от удара о воду в теле Кирилла Бережного не обнаружено, но есть порезы на руках, ногах, животе и шее. Более того, чтобы скрыть их реальное количество, патологоанатомические разрезы и швы судмедэксперты сделали по этим, уже имеющимся, ранам. Докопаться до истинных причин смерти все еще возможно. Для этого родители требуют предоставить им фотографии, как с места происшествия, так и из морга до вскрытия судмедэксперами (обязательные в деле). Но не потому ли дело о гибели Кирилла Бережного... все еще не возбуждено под предлогом того, что это не убийство, а тривиальный суицид? И не потому ли практически не велось расследование.
По собственным каналам православные активисты выяснили, что последний раз Кирилла видели в Москве 6 сентября, когда он намеревался отправиться домой. Ничего неизвестно о его местонахождении 7 сентября. Чего, казалось бы, стоит выяснить, когда и с кем он ехал в Киев, и какой груз у него проверяла таможня? Требование «полноценного расследования убийства нашего брата во Христе» сегодня звучит в сотнях телеграмм от православных на имя главы МВД и Генпрокурора Украины.
13 сентября родители Кирилла обратились с новым заявлением в прокуратуру. Теперь – в Днепровскую:
"ЗАЯВЛЕНИЕ
Вх. № 126 от 13.09.06
Сотрудники Печерского районного управления внутренних дел 08.09.06 г. (пятница) уведомили нас о гибели нашего сына, Бережного Кирилла Геннадьевича.
На основании этого 09.09.06 (суббота) нами было написано заявление в прокуратуру Печерского района, которое у нас 09.09.06 не приняли в субботу, приняли в понедельник 11.09.06. Как мы узнали 12.09.06, материалы по данному происшествию были переданы из прокуратуры Печерского района в Днепровскую транспортную прокуратуру по причине территориального разделения места происшествия. Дело по факту гибели нашего сына не было открыто и следствие практически не велось.
Наше заявление от 09.09.06 будет передано в Днепровскую транспортную прокуратуру. На протяжении всех этих дней нам не была предложена процедура опознания тела и была произведена экспертиза без нашего опознания в понедельник 11.09.06 г.
Сотрудники милиции и прокуратуры склоняли нас к мысли, что это самоубийство, т.к. на теле были обнаружены порезы на руках, ногах, животе и шее (со слов сотрудников милиции и прокуратуры, и очевидцев, которые оказались на месте нахождения тела).
Мы, родители не верим, что наш сын, будучи православным человеком, был способен на самоубийство. К тому же, в семье не было причин для этого. По своему менталитету и натуре наш сын не мог причинить себе вреда.
Мы просим:
Возбудить уголовное дело по факту гибели нашего сына.
Произвести расследование по факту исчезновения и гибели нашего сына.
Признать нас, родителей, потерпевшей стороной.
Предоставить возможность работы нашему доверенному адвокату.
Назначить комплексную экспертизу в присутствии нашего доверенного лица, специалиста-эксперта".
"В течение месяца вам ответят", – успокоили» в канцелярии Днепровской транспортной прокуратуры Геннадия Леонидовича и Елену Сергеевну. "Но ведь речь идет же не о пропаже чемодана! – возмутился отец. – Быстрое выполнение поставленных требований позволит нам похоронить нашего сына. А подобная практика как раз и порождает слухи и домыслы...". "Ну, хорошо. Ждите ответ через два дня". «Два дня» истекают сегодня...
