Сколько бы я не пытался разобраться в событиях Гражданской войны 1917 – 1920 гг., всегда обнаруживал одно и то же удивительное обстоятельство – невозможность определить истинную картину происшедших событий, даже основываясь на воспоминаниях очевидцев.
Слишком уж эти воспоминания отличались друг от друга, даже если эти самые очевидцы были не то что единомышленниками, но даже лежали рядом в одном окопе. Поэтому для восстановления реальной картины помимо свидетельств участников приходилось использовать формальную логику, основанную на знаниях географии и исторического контекста.
Особенно трудно приходится, когда над событием потрудились идеологические службы, что обычно заканчивается созданием канонического описания, мало имеющего общего с реальностью. Так, к примеру, коммунистические идеологи поработали над версией смерти В.И.Чапаева, или скажем Щорса, обстоятельства гибели которого по разному описываются сразу несколькими людьми, лежавшими с ним рядом в одном окопчике. То же самое происходит и сейчас, но уже с идеологами самостийности.
Методика ничуть не изменилась, но каноническое описание любого события в условиях отсутствия информационного контроля за действиями оппонентов, делает творцов очередного мифа уязвимыми против контраргументов.
События, происшедшие под Крутами в конце января 1918 года, пораждают массу вопросов. Во-первых географических. Почему именно под Крутами, а не под Бахмачом, или скажем Нежином? На это внимание не обращают, а зря. Еще древние подметили некую истину, что в основе любой истории лежит география. Фермопилы например, на которые ссылаются «свидомые» идеологи как на аналог и пример для подражания. Но извините, Леонид и его 300 спартанцев закупоривали некую узкую «пробку из бутылки» для которой 300 человек обороняющихся достаточно. Есть места, где нужно еще меньше, например для обороны Петры в Иордании достаточно 3 подростков с камнями, т.е. ровно столько, сколько диктует необходимость. Но только не Круты, обойти которые не составляет труда по бескрайним просторам Черниговщины. Нет, тут дело не только в географии, тут что-то другое, хотя и география тоже. Посмотрим на исторический контекст.
По канонической версии, москальско-большевистские орды в январе 1918 года предприняли интервенцию с целью уничтожить молодую независимую Украинскую республику в лице Центральной Рады в Киеве. Огромная, от 6 по одним публикациям, до 150 тысяч по другим, орда под командованием Михаила Муравьева, вторглась на территорию суверенной Украинской республики, и двигаясь по железной дороге по линии Хутор-Михайловский - Конотоп – Бахмач – Киев у станции Круты встретилась с войсками Центральной Рады в количестве от 300 до 600 юнкеров и примкнувших к ним студентам и гимназистам добровольцам. В результате жестоких боев, длившихся от 1 до 3 дней, 300 человек героически погибли, но задержали на несколько дней москальско-большевисткие орды, что позволило правительству Центральной Рады (Генеральному Секретариату) выиграть время, заключить в Бресте мир с немцами и с их помощью вышвырнуть интервентов с украинской территории. Среди погибших были попавшие в плен 35 студентов, 27 из которых были зверски казнены москалями, а именно расстреляны и потом заколоты штыками. Этот факт зверской казни никаких сомнений не вызывает, мы к нему еще вернемся, но сейчас мы рассматриваем другой контекст.
И опять география!
Кто нибудь пытался на карте проследить маршрут движения Муравьева к Киеву? Такое впечатление, что никого это не интересует. А зря! Муравьев вышел в поход на Киев не с территории России, а из Харькова! А это уже другая история. Вытекающая из географии. Почему собственно говоря, из Харькова, а не из скажем Донецка или Курска? Ответ-то очевиден. Потому что в Харькове было другое правительство, альтернативное и враждебное Киевскому правительству Центральной Рады, которое также претендовало на власть на всей Украине и находилось с Центральной Радой в состоянии войны.
Можно сколько угодно говорить о марионеточности Харьковского Советского правительства, имел ли право на какие либо законодательные акты и кого вообще представлял Всеукраинский Съезд Советов, собравшийся в Харькове 24-25 декабря 1917 года, провозгласивший Украину Советской республикой и сформировавший 26 декабря 1917 года правительство, так называемый ЦИКУК. Степень марионеточности определяется в конечном счете народной поддержкой, а не тем, кто был учредителем и не источником финансирования.
Источники финансирования и вдохновители создания Центральной Рады тоже не ясны. Отдельный вопрос, на какие средства Грушевский приобрел дорогую недвижимость в Киеве – шестиэтажный дом в центре города. Я понимаю, что навлеку на себя гнев украинофилов, , но выскажу предположение, что источник финансирования у Грушевского был тот же, что и у Владимира Ильича.
Очень даже похоже, особенно если учесть последующий ход событий.
И потом. Формально оба враждующих правительства претендовали на власть не в суверенном государстве, а в его автономной части под названием Украинская народная республика в составе России. На момент начала конфликта на Украине действовал 3 Универсал Центральной Рады от 20 ноября 1917 г., в которой она признавала вхождение Украины в состав России как автономной единицы.
Универсал гласил:«…Не отделяясь от республики Российской и сохраняя единство ее, мы твердо станем на нашей земле, чтобы силами нашими оказать помощь всей России…»
И вот, что поразительно.
Харьковское правительство состояло из этнических украинцев, граждан России, а Верхушка Центральной Рады, начиная с самого Грушевского, содержала значительный % галичан (предлагаю каждому на досуге его определить, гарантирую для некоторых состояние шока), граждан Австро-Венгрии, государства, находившегося на тот момент в состоянии войны с Россией!
Все подозрения в марионеточности ЦР украинофилами с гневом отметаются, а зря...
Нельзя сказать, что Центральная Рада и правительство Ленина не пытались договориться. Пытались, и поначалу признавали друг друга, хотя одни (в Петрограде) думали о том, как поставить других под полный контроль, а другие (в Киеве) вынашивали мысли, как бы побыстрее отделиться от России, использую слабость центральной власти.
Момент истины наступил с началом Калединского мятежа, когда ЦР фактически приняла сторону Каледина, пропуская на Дон отряды юнкеров и офицеров с фронта и препятствуя движению красногвардейских отрядов на подавления мятежа. В этих условиях Ленинское правительство предъявило 18 декабря 1917 г. Центральной Раде ультиматум, который та отвергла, после чего и начались военные действия.
Речь шла таким образом о борьбе за власть на Украине, а не о национально-освободительной войне с москалями, как это хотят представить. И война с Центральной Радой была частью, причем не самой существенной, борьбы большевиков с Калединым, но она оттянула с Калединского фронта, возглавляемого этническим украинцем Антоновым-Овсеенко, часть сил красных.
Расклад сил на тот момент был не в пользу Центральной Рады, хотя она войны не испугалась, рассчитывая на национальное самосознание украинцев. Но крестьянским и солдатским массам на тот момент интересовал раздел помещичьей земли, а отнюдь не самостийные идеи Грушевского, Винниченко и компании. Что и высветил со всей очевидностью бой под Крутами. Но я опять забегаю вперед.
Надежды Петлюры, что демобилизовав этнических русских (он издал приказ об увольнении им на 3 месяца всех солдат-великороссов), и сформировав чисто национальные украинские полки, он, играя на национальных чувствах, раздавит большевиков не оправдались. Харьковское правительство было уверено, что за ним массы, а Петлюра, что за ним кроме масс миллион штыков. Но он просчитался. Массы ничего, кроме раздела помещичьей земли не интересовало.
ЦР этого не понимала и занималась законотворчеством. Вершиной этого процесса явился земельный закон. До его принятия приостановили действие Декрета о Земле, и этого было достаточно, чтобы Петлюровский «миллион штыков» окончательно пропитался апатией к незалежности.
А что же Харьковское правительство?
«А большевики между тем быстро и неуклонно завоевывали Украину. Но не штыками и пулеметами, не матросскими отрядами и красногвардейскими отрядами, как утверждают сепаратисты, искажая историю и замалчивал факты. Освоение Украины шло путем агитации и пропаганды большевизма среди самих украинских коренных жителей-украинцев, рабочих, крестьян и солдат “украинской армии”» (А. Дикий, Неизвращенная история Украины)
10 января большевистское восстание привело к падению власти ЦР в Екатеринославе, войска ЦР после боев отступили и это было пожалуй самое серьезное боестолкновение до момента боев за Киев..
18 января отряд заместителя Антонова-Овсеенко Михаила Муравьева перешел из Харькова в наступление на Полтаву, где Петлюра попытался разгромить местных большевиков, но особых результатов, кроме расстрела нескольких десятков человек не добился. Отряд Красной Гвардии Муравьева, включая Червонных казаков Примакова имел не больше тысячи человек, но по пути разрастался как снежный ком сочуствующими.
19 января Муравьев триумфально вошел в Полтаву и тут же отметился встречными расстрелами не успевших скрыться офицеров и юнкеров. Начало встречному террору было положено. Он видимо был неизбежен, но конкретное спасибо за его начало надо сказать Петлюре с Муравьевым.
В Полтаве Муравьев изменил маршрут движения. Он пошел не на запад к Киеву, где его на станции Гребенка ожидал Петлюра со своим отрядом, а на север, к Конотопу, где намеревался усилиться красными частями, шедшими ему на помощь из Брянска и Гомеля.
Решение верное, ибо несколько сотен донецких красногвардейцев П.Егорова и червонных казаков Примакова вкупе с примкнувшими к ним энтузиастами и Полтавскими большевиками вряд ли представляли серьезную боевую силу. Другое дело, отряды Питерских морячков, двигающихся на Конотоп из Брянска и Гомеля, да еще бронепоезда впридачу. Впоследствии присутствие балтийских морячков в отряде Муравьева дало возможность говорить о москальской интервенции, что вряд ли верно. Отряды моряков формировались на добровольной основе из уроженцев украинских губерний. Так что ударную силу наступавших на Киев отрядов Муравьева составляли именно этнические украинцы.
В это время ЦР попыталась выставить заслон против двигавшегося по железной дороге Конотоп-Киев Муравьева. В Бахмач 23 января прибыл первый курс юнацкой военной школы под командованием сотника Аверкия Гончаренко. Бахмач был наполнен пробольшевистски настроенными железнодорожными рабочими и защищать его в таких условиях было неразумно. У Гочаренко было 4 сотни, всего около 600 бойцов с 18 пулеметами, а у главы военной администрации Черниговской губернии сотника Тимченко вообще ничего, кроме должности, хотя он и стремился поставить юнаков под свою команду. Но Гончаренко не дал. В препирательствах по этому поводу прошло два дня, на исходе которых Гончаренко отступил на станцию Круты без боя!
Тут он получает подкрепление из Киева в виде студенческой добровольческой сотни Омельченко, это еще около 120 человек.
Вот здесь мы и подошли к кульминации. К тому самому легендарному бою отряда Аверкия Гончаренко с отрядом Михаила Муравьева, о котором сейчас столько пишут всяких небылиц и откровенного бреда.
Начнем с даты. Каноническая дата – 29 января 1918 года. Но есть и другое мнение. Что бой был 27 января, а кое-кто пишет, что бой был аж трехдневным с 27 по 29 января.
При этом акцентируют внимание, что студенты были необученнуми, плохо вооружены, и вообще имели чуть ли не по 3 обоймы на винтовку. При этом героически переходили в штыковые контратаки, нанесли наступающим невероятные потери. Это с 3 обоймами то и в условиях шестикратного превосходства противника, а в отряде П.Егорова, наступавшим на Круты было около 3600 человек. Пишут же такое. Да трех обойм и на полчаса боя не хватит. А Гончаренко со своими держался до вечера. Это факт.
Меня, честно говоря, удивляет вся эта ситуация с описанием боя. Конференции стали созывать. Типа «А что же там действительно произошло? «Наверное уже и диссертации пишут.
А ведь есть первоисточник. Сотник Аверкий Гончаренко после отступления уже в Броварах подал рапорт генерал-хорунжему Удовиченко с описанием боя. Где этот рапорт?
Извольте открыть архивы и опубликовать. Почему этого не делается? Я не думаю, что рапорт не сохранился. Скорее всего в нем есть нечто такое, что рассказывать нельзя, что не укладывается в каноническую версию, которую нам преподносят.
Но если архивы можно и замолчать, то замолчать мемуары труднее. А Гончаренко писал воспоминания. В частности в эмиграции, в Польше, он опубликовал в одной из газет описание боя под Крутами. Оно заслуживает того, чтобы его разобрать отдельно.
Главное несоответствие заключается в том, что Гончаренко пишет, что бой был 27 января, а не 29 как нас уверяют сегодня. Зачем ему врать. Смысла нет. А зачем нам сегодня врут?
Зачем сдвигают дату на 2 дня?
По Гончаренко «…25 січня 1918 р. дістав я повідомлення, що до мене вислано з Києва студентську сотню…» . От Киева до Крут меньше 100 километров, так что резонно вообразить, что уже в тот же день подкрепление в лице сотни студентов Омельченко уже была в Крутах. Прибытие подкрепления подняло боевой дух юнаков, наверное и известие о выпуска 4 Универсала, объявлявшего полную независимость сыграло свою роль, но ждали то они другого, более серьезного подкрепления. Гончаренко, как кадровый военный прекрасно понимал, что силы неравные, и что он долго не продержится. А ведь в 20 километрах, в Нежине, стоял целый полк имени Шевченко. Но видимо ненадежен был полк. И не случайно позиции заняли у Крут, а не у Нежина. В Нежине мог повториться Бахмачский вариант в плане невозможности вести оборону ввиду преобладания пробольшевистски настроенного элемента. Вот теперь понятна причина обороны Крут, хотя никакой стратегической ценности эта станция не имела. Плохи были дела у ЦР.
Впоследствии так оно и оказалось. Уже 28 числа полк Шевченко перешел на сторону красных.
27 января отряд Егорова атаковал станцию Круты. Очевидно, что серьезного отпора он не ожидал. До этого шли как на параде. И здесь пошли так же. И попали под пулеметы. Атака захлебнулась с большими потерями. Это были основные потери красных. В дальнейшем бой велся по правилам. Красное командование имело в своем составе бывших офицеров, которые быстро растянули фронт, осуществили фланговый охват и используя численное превосходство принудили правый фланг юнаков к отходу и в конечном счете к сдаче станции. Какое то даже значительное время Гончаренко держался, в этом ему помог бронепотяг сотника Лощенко с одной гарматой. Но этот импровизированный бронепотяг, представлявший собой железнодорожную платформу обложенную мешками с песком не мог состязаться с подошедшим бронепоездом легендарного Полупанова и отступил. В сумерках станция была взята. Именно взята, а не сдана. Я утверждаю, что организованного отхода не было. Гончаренковцев выбили со станции и они отступили к поездам, отведенным в тыл за 1,5 – 2 километра от станции.
Причем отступить успели не все. Командир студенческой сотни был ранен в самом начале боя. Во время боя его потеря особенно не сказалась, так как Гончаренко поставил сотню, где был его младший брат, на самый безопасный участок. И именно это сыграло свою роковую роль в дальнейшем. Руководить отходом было некому и одна рота, отступая прямо на станцию, уже взятую красными, попала в плен.
Сейчас пишут, что студенты были не обучены и имели только одну неделю боевой подготовки в Киеве. Это в целом неверно. Студенческий курень сичевых стрельцов, а это именно их была сотня, сражавшаяся под Крутами, состояла из студентов-фронтовиков, зачисленных в Вузы по личному указанию Грушевского. И только одна рота, та самая, которая из-за отсутствия опыта угодила в плен, состояла из действительно новобранцев, студентов первого курса и гимназистов 17-18 лет.
Их более опытные товарищи благополучно отступили к эшелонам и через несколько дней уже подавляли восстание рабочих на Арсенале.
Нестыковки с описанием боя под Крутами очевидно связаны со следующими обстоятельствами:
1) Бой был проигран. Отход был что называется внеплановым. Я не буду, дабы не давить на больную мозоль, применять более точное его определение. Иначе бы Гончаренко спас бы брата, выведя его из опасного места.
2) Потери, которые заявил Гончаренко в 280 человек, те почти половины состава, не доказаны. Впоследствии нашли только 27 тел расстрелянных студентов, которых с помпой похоронили на Аскольдовой могиле. А заготовили то 200 гробов. Видимо ориентируясь на отчет Гончаренко. А где остальные то? Выходит что просто разбежались. А Гончаренко их в убитые записал. Опять «Мертвые души». Не оскудевает ими малороссийская земля.
3) Продвижение Муравьева на Киев бой под Крутами не задержал. Есть информация, что уже 28 числа Муравьев подошел к Дарнице и начал обстреливать Киев, что и послужило детонатором восстания на Арсенале в ночь с 28 на 29 января. Но тогда встает вопрос:”Почему сегодня так упорно дату боя назначают на 29 число?»
Для того, чтобы утверждать, что задержка под Крутами героическими студентами москальских орд дала возможность заключить спасительное для ЦР соглашение с немцами?
Это еще не все. Появились вопросы и к Муравьеву. Зачем ему понадобилось зверски расстреливать студентов на следующее утро?
В день боя их после пленения посадили под арест, а раненых даже отправили в больницу в Харьков. Очевидно, что Егоров, непосредственно руководивший боем, их смерти не желал, иначе шлепнул бы их сразу. Да и комиссары Лапидус с Моисеевым были удивлены фактом их расстрела наутро без их ведома. Ясно, что приказ дало вышестоящее начальство, т.е. Муравьев. Он уже доложил Антонову, что разбил у Крут отборные войска ЦР во главе с самим Петлюрой. А тут как вещественное доказательство “отборности” три десятка желторотиков. Вот он от них и избавился, да еще и с помощью разрывных пуль, чтобы тела изуродовать и возраст казненных невозможно было определить.
Он вообще был страшным человеком. Есть информация, что он был «морфинист». Если это так, то многое встает на свои места. Но скорее всего другое. Беспринципный и безжалостный карьерист с комплексом Бонапарта.
Киев надо было с ходу брать, а не обстреливать неделю. Своим бездействием он дал возможность Коновальцу подавить восстание в городе. После чего без особых усилий, пользуясь численным превосходством взял Киев. И ни с кем не надо делиться лаврами победителя. Так что 1500 человек арсенальцев, расстрелянных Коновальцем, тоже на его совести. Зато какой фейерверк получился. Дом Грушевского в щепки разнес.
И то, что представители ЦР успели до взятия Киева заключить с немцами в Бресте мирные соглашения, благодаря Муравьеву произошло, а не героям Крут.
Непомерные амбиции в конечном счете привели Муравьева к поражению. Уже в марте немецкие войска выбили большевиков с Украины. На немецких штыках в Киев вернулась и ЦР. Кроме оккупационных войск она привезла с собой еще и экономические договора, по которым поставляла в Германию сельхозпродукты по заниженным естественно ценам в обмен на промышленные товары, по завышенным естественно ценам. То есть то, что свойственно колониальным странам. Вот такая незалежность получилась.
Главное – от москалей отвалили, а то, что под Германским протекторатом, то ничего страшного. Хорошо Грушевский свои деньги отработал.
Изучая «историю Крут» я обнаружил еще два интересных обстоятельства, которые умолчать невозможно. Дело в том, что студенческий курень Сичевых Стрельцов, как и подавляющее число самих стрельцов состоял из галичан, прибывших в Киев после оставления Русской армией Галиции в 1915 году, военнопленных галичан и прочих их земляков, наводнивших город в 1917 году из за линии фронта после его развала.
Назову некоторые имена уроженцев Галичины из опознанных жертв Муравьева. Это Микола Ганкевич, Иван Сорокевич, Василь Гнаткевич, Григорий Пипский, Андрий Соколовский, Евген Терновский, Юрий Дубницкий, Павел Кольченко. И то, что культ героев Крут родился в Галичине и пришел в Киев оттуда, неспроста. Это их герои.
В нескольких изданиях я причитал, что на стороне красных сражались венгры – интернационалисты. Получается интересная вещь. Граждане Австро-Венгрии стреляют в граждан Австро-Венгрии на территории другого государства, формально находящегося в состоянии войны с их родиной.
А коренное население в это время и в ус не дует. Грабит помещичье добро и попивает горилку. Парадокс однако.
И в заключении об Аверкие Гончаренко. Как никак, он главный герой Крут. В 1944 году он стал полковникам дифизии Ваффен СС «Галичина». Наверное это закономерно. Мы не знаем, сколько шагов от Крут до Галичины, возможно всего один.
Ссылки по теме:
День Свободы на Майдане отмечают... 100 человек. Фото
